Клиника не принимает новые запросы
Среднее время ответа - 5 минут
Alena Veyman
Apr 2, 2020
Моя мама Людмила Гофман (77 лет), пережившая Холокост, была госпитализирована в больницу Меир (Кфар-Саба) 1 апреля в отделение Corona Bet. Она была госпитализирована из гериатрического реабилитационного центра, где проходила реабилитацию после операции по восстановлению перелома бедра, который она перенесла в начале марта. Из 30 человек в центре (пациенты и персонал) 15 были определены как носители COVID-19. В дополнение к текущим проблемам с COVID и переломом бедра, она страдает хроническим диабетом ... и получила стент в сердце. Из-за сломанного бедра она не может никуда двигаться. Но в то время как все это известно, она не может получить необходимое лечение независимо от статуса COVID. Ей нужна инвалидная коляска, чтобы пойти в ванную, ей нужен инсулин, контроль уровня сахара в крови и тому подобное. Из того, что нам сказали она и некоторые другие пациенты, с которыми мы связались по телефону, медицинский персонал не может быть достигнут даже с помощью кнопки вызова. Врач, который пришел проверить их утром и попросил попросить инвалидную коляску, чтобы она пошла в ванную, велел ей сделать это в подгузнике, который они надели на нее, и кто-нибудь придет, чтобы сменить его, кроме медсестер и другой медицинский персонал входит и выходит и говорит: позже, и она была в этом по крайней мере за 6 часов до посещения врача. Из описаний мы можем только сделать вывод, что условия, в которых они содержатся, предназначены для того, чтобы они умирали как можно быстрее или как можно медленнее, и лучший способ, которым я могу описать это «концлагерь для больных». Я говорил с Мири из отдела по связям с общественностью, и мне сказали, что лечение, которое «получают эти люди, - это то, что было предписано Министерством здравоохранения». Я искренне потрясен, если это действительно так, что министерство разработало бы лечение, которое в основном игнорировало бы все потребности пациентов и казалось бы просто оставило их умирать! Я пишу вам в крайнем случае, потому что я исчерпал все другие варианты и учитывая мое текущее местоположение, я не могу помочь ей лично. И хотя некоторые могут подумать, что моя мать страдает от заблуждения, я могу заверить вас, что это не так. Она активна в обществе и до тех пор, пока пару лет не была директором дома престарелых (она бы осталась без принудительного ухода на пенсию) в Кфар-Сабе.
